Канди — жемчужина на реке Махавели

Главная/Книги о Шри-Ланке/Шри Ланка. Ульрих Макош/Канди — жемчужина на реке Махавели

Что привлекательнее: Канди, некогда легендарная столица островного королевства, до 1815 года сохранявшая свою независимость, или дорога туда? Я бывал в Канди несколько раз и все же не решаюсь ответить на этот вопрос. Канди и в самом деле жемчужина, но крутая, извилистая дорога проходит по таким райским местам, которые не назовешь иначе как «ланкийские», и это — высшая похвала. Куда ни глянь — всюду зелень: зеленый рис, зеленый чай, зеленые пальмы, зеленые широколиственные банановые рощи, и нигде это изобилие зеленого цвета не угнетает, не оскорбляет взора, потому что он везде к месту. Самое прекрасное в поездке — это лежащие далеко внизу, возделанные рукой человека долины, где культивируют чай и рис. Чайные плантации похожи на драгоценный плюшевый ковер, а рисовые поля издали — волнистые волосы неизвестной красавицы. Особая прелесть этого акварельного пейзажа в том, что за каждой скалой или дорожным поворотом неожиданно открываются новые виды. Честно говоря, никогда раньше я не подозревал, что дорога может быть столь приятной. Для чужестранца поездка в Канди — незабываемое событие, это как подарок ко дню рождения.

Прекрасна здешняя природа, но еще большее наслаждение получаешь от путевых встреч с людьми! Во всех маленьких деревушках прямо у дороги торгуют ананасами, бананами, кокосовыми орехами. Но самое бойкое место — это Баталея!

Баталея всего-навсего маленькая деревушка по дороге из Коломбо в Канди, но какая! Слева и справа от дороги стоят традиционные хижины с тростниковыми» крышами, перед хижинами маленькие столики с весами: знаменитые «продавщицы орехов» из Батален торгуют здесь кокосовыми орехами и жареными орехами кэшью. Они одеты в красочные национальные костюмы, и по праву их можно назвать красивейшими представительницами прекрасного пола.

Маленькие хижины стоят тут около полувека, живописные, как и окрестный ландшафт. Здешние девушки обслуживают покупателей с очаровательным достоинством. Буквально каждый проезжий останавливается в Баталее перекусить. Девушки не прочь поболтать, но на ухаживания не поддаются. Именитые гости, посещающие Канди, также не упускают случая побывать здесь и символически купить несколько кокосовых орехов, за что красотки получают солидное денежное вознаграждение. В последние годы этот обычай прочно укоренился, и туристы тоже придерживаются его. Со временем все двадцать шесть молодых девушек из Батален, занимающиеся торговлей, стали невестами с достатком. Вечерами перед их хижинами ярко горит керосиновая лампа, в ее свете девушки с мягкими, красивыми движениями обслуживают покупателей. Но существа эти, способные украсить любую открытку и достойные всяческого поклонения, превращаются в сущих фурий, когда речь заходит о деньгах!

В начале 1964 года дело всерьез зашло именно о деньгах. Какого-то депутата парламента осенила мысль снести «ореховую деревню» и построить неподалеку от нее город в национальном стиле, с цветочными клумбами, прудами и фонтанами. Вот тут-то сказочные красавицы разгневались уже совсем на земной лад. Ведь это угрожало их доходам, и они решили послать в Коломбо делегацию, которая должна была поговорить С премьер-министром, госпожой Бандаранаике, «как женщина с женщиной». Такую бурю протеста вызвал этот проект!

Само собой разумеется, победили воительницы из Батален — я в этом и не сомневался. Они пустили в ход артиллерию самого тяжелого калибра. Во главе делегации, направленной в Коломбо, стояла старушка восьмидесяти девяти лет, в молодости сама торговавшая орехами. Одна девушка сказала мне: «Этот город развеет все очарование Батален, а у нас торговать орехами — издавна заведенный обычай. Мы никого не трогаем и дальше хотим жить так же».

Мне было бы искренне жаль, если бы в следующий раз я не смог остановиться здесь по дороге из Коломбо в Канди, чтобы купить какую-нибудь мелочь, перекусить, поболтать с продавщицей или слегка пофлиртовать.

Еще одна любопытная деталь о девушках Батален. Во время предвыборной кампании они надевают платья цветов той партии или тех партий, которым отдают предпочтение или которые имеют наибольшие шансы победить. Так, за несколько недель до выборов в мае 1970 года, ознаменовавшихся победой сине-красных цветов Шри Ланка фридом парти — Цейлонской партии свободы, Коммунистической партии Цейлона и Ланка сама самадж парти, большинство девушек Батален облачились в синие и красные одеяния.

Видимо, не без основания поется в старинной ланкийской шуточной песне:

Для проезжих вы в Баталее как сказочные феи…

…И в Баталее, и неподалеку в Пасьяле живут плетельщики, изготовляющие из тростника домашнюю утварь. Они живописно раскладывают у самого края дороги всю свою продукцию. Там можно купить вешалки для полотенец, детские корзинки сборщиц чая и лотки, в которых на фабриках очищают чай, дырчатые крестьянские шляпы, столы, стулья и сумки. Эти плетеные изделия, пользующиеся славой по всей стране, выполнены с большим вкусом, прочны и радуют глаз, Я встречал на острове иностранцев, которые очень сожалели, что не могут увезти домой в самолете, скажем, легкую мебель.

Здешние ремесленники — по происхождению малайцы, в давние времена они переселились из Юго-Восточной Азии. В Шри Ланка живет около двадцати пяти — тридцати тысяч малайцев.

Плетельщики передают свои производственные секреты и стиль орнаментов из поколения в поколение. Большое значение имеет выбор тростника — от этого зависит качество изделия. Заготовляя тростниковые стебли, ремесленники совершают длинные переходы по густым, непроходимым зарослям, не страшась бесчисленных ядовитых змей.

…Поток буйволовых упряжек вдоль дороги мало-по-малу становится все гуще. Где-то поблизости Канди. Дорога идет слегка в гору. Сзади за колесами повозки волочатся на проволоке куски бревен, они тормозят упряжку, когда волы устают и должны отдохнуть.

Небольшая неисправность заставляет нас остановиться. Я выхожу из машины и иду на звук ритмичных ударов, доносящихся из густой пальмовой рощи. За рощей я неожиданно открываю деревушку — Памунува. Там живут искусные ремесленники, изготовляющие из меди под черным от копоти соломенным навесом кувшины, вазы, керосиновые лампы филигранной отделки. В очаге дымит древесный уголь, дышат импровизированные ручные меха, мастер медленно поворачивает над огнем медный кувшин. Перед тем как нанести узор и окончательно отполировать изделие, его обрабатывают напильниками. Но до этого еще далеко. Только через два-три месяца кувшин покинет эту скромную мастерскую.

Издалека доносятся автомобильные гудки, неисправность машины устранена, пора трогаться в путь.

…И вот я в Канди. По-моему, это один из прекраснейших городов прекрасного острова. Он был резиденцией последних сингальских царей; в 1815 году английские войска захватили Канди, и последний кандийский правитель был выслан в Индию. Преимущество Канди перед остальными городами Шри Ланка не только в мягком климате, привлекающем с декабря по март множество туристов, но и в архитектуре, имеющей свой характерный стиль.

Исключение из этого стиля составляют несколько больших современных универсальных магазинов, хотя и среди торговых учреждений преобладают восточные лавки, где можно всласть поторговаться и, покопавшись, отыскать нужную вещь. Захожу на рынок. Его внушительное здание снаружи похоже на современный вокзал. Внутри рыночный павильон производит впечатление театра с ложами, только вместо партера — прилавок, а вокруг него — отдельные секции, где громоздится все, что только Канди подает на стол горожанам и приезжим. Новый рынок, построенный несколько лет назад, хорошо вписывается в архитектуру города.

Канди лежит в долине. По склонам окрестных гор разбросаны чайные фабрики, а внизу, в озере Канди, отражается величественный храм Малигава — самое высокое строение города. Мерные удары буддийских священнослужителей, бьющих в барабаны по утрам и вечерам, возносятся в горы вместе с дымом, поднимающимся от домашних очагов и сливающимся с туманом и низко нависшими облаками в плотную пелену. Время от времени одинокий рикша нащупывает свой путь сквозь эту пелену по горной дороге, которую здесь называют «дорога любви». В Канди и впрямь можно влюбиться, как это случилось с Геккелем, описавшим город более чем восемьдесят лет назад.

По пути в храм мы встречаем погруженного в раздумье человека. Мой гид представляет меня ему. Это доктор Т. Вималананда, видный ученый, преподаватель университета в Коломбо. Он написал много книг о буддизме и сингальской культуре и имел редкий случай заглянуть в Лондоне в архивы министерства по делам колоний, бросить взгляд в бездну ужасов далекого прошлого. Услыхав о моем намерении написать книгу о

Шри Ланка, он просит меня осветить и эту сторону колониализма — подавление буддийской религии, тогда станут понятны и многие другие явления и факты. На прощанье он пишет коротенькую записку, с ней я должен обратиться в одну из книжных лавок в Канди. Там мне выдадут бесплатно недавно вышедшую книгу ученого «Буддизм на Цейлоне в период владычества христианских стран». Доктор Вималананда подарил мне эту книгу и разрешил приводить из нее цитаты. В ней я нашел документ, который кажется мне особенно примечательным, — приказ короля Португалии своему наместнику на острове: «Сим повелеваем Вам при содействии надежных чиновников отыскать всех идолов, расколоть их на куски или полностью уничтожить, где бы они ни находились. Сим повелеваем Вам принять строжайшие меры супротив лиц, которые осмеливаются изготовлять статуи из металла, бронзы, дерева, глины или другого материала или ввозить их из-за границы, равно как и супротив тех, которые справляют открыто или тайно языческие обряды».

В течение столетий менялись формы притеснения. Среди всего прочего я нашел в книге письма миссионеров и губернаторов, адресованные британской администрации; они доказывают, что задачей культурной и религиозной политики британского правительства на Цейлоне было вытеснение буддизма.

Одним из самых святых мест страны, несомненно, является знаменитый Далада Малигава — храм Святого Зуба. С давних времен существовало поверье, что зуб этот обладает волшебной силой: кому он принадлежит, у того и власть, а потому зубом распоряжалась королевская династия — он всегда хранился в резиденции королей.

Храму Малигава — достопримечательности Канди — около двухсот лет; внутри он украшен великолепными фресками. На них изображены все двадцать четыре Будды, предшественники Будды Гаутамы. Во внутреннем дворе находится собственно хранилище, а за решетками комнаты, охраняемой двумя монахами, в последнем из семи вместилищ содержится священная реликвия. Дважды в день реликвию орошают водой из золотых кувшинов. Комната закрывается на три замка, ключи от них хранятся у трех монахов. Золото и алмазы, подаренные царем Раджасингхе, озаряют комнату своим блеском. Безопасности ради фотографировать ее запрещено. В прихожей множество золотых фигур.

По утрам старинные золотые чаши наполняют жертвенным рисом и молоком. Когда я выхожу из хранилища, четыре барабанщика как раз занимают свои места около барабанов. На них, как заведено исстари, широкие красные пояса и белые тюрбаны. Уже несколько сот лет в Канди принято трижды в год справлять свои храмовые праздники. Самый популярный из них — праздник Эсала Перахера. Он длится четырнадцать дней и устраивается в честь «священного зуба». Своей кульминации праздник достигает в августовское полнолуние.

«Гвоздь программы» — шествие слонов в великолепном красочном убранстве. Нигде не увидишь так много слонов, как в Канди во время праздника Эсала Перахера. Слонов размещают в непосредственной близости от храма. Одно из этих могучих животных несет украшенное хранилище со «священным зубом», за ним шествуют сто слонов. Замыкает процессию толпа верующих. Участники праздника одеты в национальные костюмы сингалов, согласно предписанному ритуалу. С течением столетий в религиозное празднество вошли элементы чисто народных увеселений. Монахи, барабанщики, танцоры, фейерверк, выступления актеров в масках, а вечером шумное ликование на главных улицах бывшей столицы, украшенной флагами и факелами, завершают праздник. Праздник Эсала Перахера тесно связан с историей Канди и привлекает множество туристов. Заполнив все балконы Куинз-отеля, они наблюдают шумную процессию во главе с «королевским» слоном, движущуюся от храма Малигава. Эсала Перахера справляют еще в трех-четырех городах Шри Ланка, но нигде он не бывает столь красочным, как в Канди.

К древним обычаям восходит и отмечаемый в один из декабрьских дней праздник нового урожая риса — Ахитсахал. С рисового поля, дарованного некогда царем храму и расположенного километрах в пяти от Канди, собирают первый урожай риса и привозят его в Канди. Здесь рис варят в воде, взятой из колодца храма Малигава, подносят к «священному зубу», а затем раздают нищим и паломникам.

На окраине Канди, свернув по узкой дороге к реке Махавели, я наблюдаю необычное зрелище — купание слонов. Это место на берегу реки известно в народе под названием «слоновья купальня». Здесь погонщики слонов — магуты — ежедневно купают слонов, в том числе и принадлежащих храму. Толстокожим купанье явно по душе. Величественно, с чувством собственного достоинства они спускаются вниз, к реке, осторожно переставляя ноги по крутому косогору. В воде они резвятся, как дети: то окунаются в воду, то ложатся на бок, так что из воды выглядывает часть бурого живота, то из их хоботов вдруг вырываются коричневые фонтаны воды, слоны трубят и фыркают от удовольствия. Они любят, чтобы их чистили щетками, и магуты надраивают их, словно матросы палубу гигантского лайнера.

Слоны еще занимают важное место в жизни страны. Чаще всего их используют на лесопильных заводах. Правда, работают они не очень охотно и требуют частых перерывов для отдыха. Уже по одной только этой причине их постепенно вытесняют грузовики, машины.

И все-таки слонов, перевозящих грузы, все еще можно часто встретить на дорогах. В северной части острова, у бродов, я видел стада диких слонов, насчитывающих до тридцати животных. Однако поголовье слонов — к огорчению многочисленных любителей этих животных — быстро уменьшается. В начале нашего века немецкий зоолог Конрад Гюнтер оценивал поголовье слонов на Цейлоне в пять тысяч, в настоящее время их насчитывается менее одной тысячи. Как тут не вспомнить Филипуса Балдеуса, свидетельствовавшего в своем «Достоверном и точном описании великого острова Цейлон» (1672 год): «В сей стране столь много слонов, что ездить по ней можно лишь в сопровождении солдат под барабанный бой».

Это было несколько веков назад, и уже тогда не было так уж «достоверно и точно». Может быть, господин Балдеус был просто робкого нрава…

Слоны в здешней «купальне» — всего лишь мирные остатки прошлого. В наши дни они служат приманкой для туристов. Своими хоботами они поднимают в воздух визжащих посетительниц вместе с фотоаппаратами и соломенными шляпками. Слоны теперь находятся под охраной государства.

Комментарии

Оставьте первый комментарий!

avatar
Добавить фото или изображения
 
 
 
 
 
Добавить аудио или видео
 
 
 
 
 
Добавить doc, pdf, txt, zip
 
 
 
 
 
wpDiscuz