В нашем путешествии нас постоянно сопровождает кокосовая пальма. Она растет на острове повсюду: у дорог, вдоль побережья, и в речных долинах, на возвышенностях и в деревнях. Здешний климат ей по нраву, она хочет, чтобы ее нежили, и отступает лишь перед холодком, веющим с гор. По ночам пальма баюкает меня во сне, шорох ее жестких листьев здесь — один из обычных голосов ночи. Совсем иначе встречает она меня в некоторых парках и ботанических садах, а именно дощечками с предостережениями: «Осторожно, орехи падают!» Дощечки эти не столь многочисленны, как были бы им подобные у нас дома, однако приходится всерьез считаться с опасностью, что ветер сорвет орех с пальмы и он угодит тебе прямо в голову. Как мне рассказывали, в больницу Коломбо иной раз доставляют жертвы именно такого несчастного случая, а некоторые даже платятся при этом жизнью — безусловно, слишком высокая цена за плод величиной с детскую голову.

Площадь под пальмами в Шри Ланка намного превосходит площадь чайных и каучуковых плантаций. За последние годы государство выручало от продажи продуктов кокосовой пальмы ежегодно 200—250 миллионов рупий. Представление об этом богатстве, которым страна гордится вот уже на протяжении двух тысяч лет, можно получить, если принять во внимание, что в стране ежегодно собирают в расчете на душу населения триста кокосовых орехов. Кокосовая пальма поставляет чуть ли не все, что только способна измыслить человеческая изобретательность. Ее продукт не только белая мякоть плода, используемая в кондитерской промышленности. Из листьев кокосовой пальмы плетут циновки, из скорлупы ореха изготовляют миски, ложки, пуговицы и резные изделия, из волокон плетут веревки и канаты, даже масляные плошки в крестьянских домах не могли бы давать свет без кокосовой пальмы: их фитиль делается из волокна, а кокосовое масло наливают в скорлупу ореха. О пьянящих напитках, приготовляемых из сока пальмы,— тодди и араке — я не хочу распространяться. Знаток Цейлона профессор Моде в своей книжке «Цейлон — страна и люди» приводит поистине классическую характеристику кокосовой пальмы, данную англичанином Джоном Кэпперсом,— характеристику столь замечательную, что я сочту нелишним повторить ее здесь:

«Из ствола пальмы сельский житель строит свою хижину и хлев для буйвола, а крыши их кроет пальмовыми листьями. Засовы, болты и поперечины изготовляются из коры ствола, и ею же он скрепляет полку, на которой хранятся предметы его домашнего обихода и утварь. Свои огородные растения: стручковый перец, табак и хлебное дерево — он защищает изгородью из стеблей листьев кокосовой пальмы. Новорожденный лежит в грубой сетке, сплетенной из волокон кокосового ореха. Еда, состоящая из риса и натертой мякоти кокосового ореха, готовится на огне, получаемом от скорлупы, и в рот ее кладут с помощью ложки, вырезанной из скорлупы. Когда он (цейлонец) идет ночью с факелом ловить рыбу, то берет с собой сеть, сплетенную из волокон листьев кокосовой пальмы. Факел составляется из пучка высохших листьев и стеблей цветков. Его маленькое каноэ изготовляется из ствола этой же пальмы. Свою сеть и связки рыб он несет домой на коромысле, называемом пинго и сделанном из черешка листа кокосовой пальмы. Когда ему хочется пить, он пьет жидкость, содержащуюся в молодом орехе, когда ему хочется есть, он ест белую мякоть плода. Когда он хочет развеселиться, он выпивает стакан араки, получаемой из перебродившего сока пальмы, а когда хочет приправить свое кэрри, он использует для этого уксус, приготовляемый из того же напитка. Если ему случится заболеть, он натирает тело кокосовым маслом. Кофе он пьет с кокосовым сахаром — джагери, разбавляя его молоком кокосового ореха. Его двери, окна, шкафы, стулья, трубы для стока нечистот — все сделано из древесины кокосовой пальмы. Его ложки, вилки, детские игрушки — все это также изготовляется из скорлупы ореха. Над постелью, в которой он рождается, и над могилой, когда его погребают, висит пучок цветков кокосовой пальмы, предназначенных отгонять злых духов».

На мой взгляд, это превосходная характеристика, однако она неполна, ибо из кокосовой пальмы получают, наверное, не меньше сотни продуктов и изделий.

Сеянцы пальмы требуют тщательного ухода в древесных питомниках. Они не выносят избытка солнца и нуждаются в достаточном поливе; двухлетние деревца уже можно высаживать на плантацию, где они становятся взрослыми деревьями и дают от четырех до шести урожаев в год. Сплошь и рядом крестьянин владеет всего лишь несколькими деревьями, но они кормят своего хозяина, пусть даже зачастую скорее худо, чем хорошо.

В одной деревне на севере страны мне довелось наблюдать, как работают собиратели сока кокосовых цветов. В их снаряжение входит кожаный передник, чтобы не обдираться о кору, веревка, которой они привязываются к стволу, чтобы не свалиться, два ножа и горшок. Юноша карабкается по стволу вверх, откидываясь назад в петле веревки и постепенно перемещая ее все выше и выше. В кроне пальмы он отыскивает цветы, выжимает из них сок в горшок и затем спускается на землю. Тут сок сливается в большие бочки: это исходный продукт для получения тодди, араки и уксуса.

Среди кокосовых пальм здесь я встречал оригинальнейшие деревья с несколькими веерообразно посаженными кронами, а также деревья с разветвленными стволами. Мне рассказали об одном крестьянине в окрестностях Анурадхапуры, которому удалось получить семь деревьев из одного ореха. Я никак не мог понять, почему мой провожатый говорил об этом с таким волнением и непременно хотел посетить этого крестьянина, пока он не растолковал мне, что уже четыре или пять побегов из одного ореха — своего рода сенсация, поскольку орех редко имеет более двух «глазков». Итак, мы сделали крюк, но, добравшись до места, были вынуждены с печалью констатировать, что молодые деревца стали жертвой червей, которые уже сильно повредили их корни. Однако крестьянин вознаградил нас другой диковинкой, показав карликовую пальму, которая почти не имела ствола, зато принесла плоды уже на второй год, хотя обычно пальмы плодоносят только через шесть так называемых «тощих» лет.

Своей ароматной аракой пальма быстро переносит человека из действительности в мир грез и даже может убить его падающим орехом, но столь же действенно она может продлить его жизнь. Один владелец кокосовой плантации с улыбкой рассказал мне о цейлонской пословице, в которой обыгрывается то обстоятельство, что у кокосовой пальмы почти никогда не бывает совершенно прямого ствола. Пословица гласит: кто увидит белую ворону, гнездо рисовки, мертвую обезьяну или пальму с прямым стволом, тот проживет сто лет. Если все это действительно так, в знаменитом Ботаническом саду Перадении я видел великолепную аллею пальм с абсолютно прямыми стволами и, стало быть, могу рассчитывать на то, что проживу сто лет. К своему разочарованию, должен признаться: потом меня вразумили, что пословица не распространяется на декоративные пальмовые аллеи, подобные той, что в Перадении.